Сочинский концерт шансонье Григория Лепса, который был запланирован в сочинском концертном зале "Фестивальный" на 13 августа, из-за дня траура по погибшим в Южной Осетии организаторы гастролей певца перенесли на неопределенный срок.
На следующий день в "Фестивальном" ждали с сольником Филиппа Киркорова. Когда руководитель концертного зала Евгений Паснюк попросил у Филиппа разрешения выступить Лепсу за два часа до его концерта, Киркоров решил пойти коллеге на встречу.
Концерт Лепса назначили на 6 часов вечера, а Киркоров должен был выйти на сцену ровно в восемь. Но, когда музыканты и балет поп-короля приехали в концертный зал, свита Григория Лепса не пустила "киркоровских" в гримерки и в душевые кабины.
Разразился нешуточный скандал. Музыкантов не впускали пока на пороге "Фестивального" не появился Киркоров. Филипп тут же навел порядок и указал наглецам на дверь, пишет «Комсомольская правда».
- Я на сцене уже более 20 лет, собираю полные залы, - сказал зрителям Киркоров. А вот Лепс только в этом году начинает это делать, но уже показывает характер. Предлагаю ему встретиться со мной через двадцать лет у билетных касс. Посмотрим, сколько зрителей придут на его концерты!
Концерт Киркорова действительно прошел при полном аншлаге.
Впрочем, как и сольник Григория Лепса. Все-таки сочинские грузины всегда ходят на выступления своего земляка. Ведь Лепс родом из Сочи.
Однако отдыхающие были все-таки на стороне Киркорова.
- Филя действительно народный, - сказал продавец аудио и видео продукции концертного зала. - По продаже фотографий и дисков он превзошел всех певцов. В том числе и Лепса. В два раза.
Не каждый решится дебютировать в режиссуре в 59 лет, тем более имея за плечами более полсотни актерских работ, статус звезды и «Оскар». Человек в черном по имени Томми Ли Джонс, техасец в восьмом поколении, таки отважился. Оставив восторженные восклицания, скажем главное: в полку хороших режиссеров прибыло.
Техас, где-то рядом с мексиканской границей. Здесь в стране Marlboro живет погонщик скота Пит Перкинс. Однажды он знакомится с мексиканским парнем по имени Мелькиадес Эстрада, нелегально перешедшим границу в поисках работы. Эта встреча становится началом большой дружбы, которой, однако, не суждено было затянуться. Скоро тело Мелькиадеса находят в прерии с дыркой в груди. Местные копы предпочитают не рыть землю и спускают дело на тормозах: нелегала закапывают экскаватором рядом с участком — с глаз долой, из сердца вон.
Но только не из сердца Перкинса. Когда Пит узнает имя убийцы, но не находит понимания у полиции, он сам решает разобраться с любителем стрелять в людей. Исполняя свое обещание, данное когда-то в шутку Эстраде, Перкинс решает отвезти его тело в Мексику, чтобы придать погребению на родине. Но перед тем он берет в плен убийцу, и втроем, вместе с трупом, они отправляется в опасное путешествие через границу.
Не каждый решится дебютировать в режиссуре в 59 лет, тем более имея за плечами более полсотни актерских работ, статус звезды и «Оскар». Человек в черном по имени Томми Ли Джонс, техасец в восьмом поколении, таки отважился. Оставив восторженные восклицания, скажем главное: в полку хороших режиссеров прибыло.
Джонс не просто поменял профессию, но «хуже того» — обозначил своим дебютом тот вектор, в направлении которого может впредь видоизменяться самый канонический жанр. Томми Ли даже не освежил вестерн, он грубо — без толики романтики, без единого фунта пафоса — разделал его. Наверно, точно также предки Джонса свежевали бычьи туши.
Справедливости ради, надо сказать, что поначалу ложные ходы синкопированного повествования могут ввергнуть в ступор самого насмотренного киномана. Кто тому виной сразу и не сообразишь. Возможно, самый продвинутый мексиканский сценарист Гильермо Арриага, прославившийся благодаря фильмам своего соотечественника Иньяритту, но и за это творение уже успевший получить премию в Канне. А, может быть, и пожилой дебютант.
Показав в первой трети фильма, что запросто владеет сюжетосложением a la «Криминальное чтиво», Джонс не просто режет линейное повествование (героя сначала хоронят, а потом убивают), но еще и отважно разрывает на части пики кульминационных сцен, разбрасывая их по повествованию «вдоль и поперек». Однако потом Томми Ли с легкостью отказывается от этих модных сценарных ухищрений и начинает снимать линейное роуд-муви – неспешный и суровый (псевдо)вестерн (в духе «Непрощенного» Клинта Иствуда) об искуплении вины, от которого вдруг мурашки начинают бежать по спине. Собственно, здесь-то и образуется то настоящее кино, которое, скорее всего, и собирался сделать начинающий постановщик.
Не уверен, что Джонс гонял коров по прериям, но вижу, что он знает об этой жизни нечто, что трудно постичь сторонним умом. И если Иствуд в силу преклонных лет сойдет с дистанции, то теперь можно быть спокойным. Свято место пустым не окажется — Джонс успеет подставить плечо крепкого техасского парня: только сейчас вдруг бросились в глаза его крупные руки и пальцы размером с рояльную клавишу.
С первого кадра видно, что это кино для него не просто шанс сбить деньгу или поупражняться в новой для себя роли – типа сыграть в режиссера, а назревшая необходимость поделиться нажитой мудростью. Он делает это с уверенностью уже сложившегося классика, который давно знает, что и как надо снимать, у которого в прошлом куча режиссерских «Оскаров» и прямая связь с Господом Богом. Наверно, благодаря тесному общению с высшими силами, он всегда знал, как превратить криминальный детектив в драму об искуплении вины, в которой неадекватность наказания призвана напомнить о ценности любой человеческой жизни, в пику тому изобилию убийств и смертей, что давно уже стали в кино общим местом.
Однако наряду с трагическим мышлением Джонс продемонстрировал нетривиальное чувство юмора. И дело тут не в шокирующих манипуляциях с трупом, каковые, полагаю, вам вряд ли приходилось встречать ранее (даже, если вы имеете в послужном списке «Круг второй» Сокурова и «Смертельный трансфер» Бенекса). Может быть, эти языческие ритуалы – от эксгумации до накачивания антифризом — всего лишь обычное уважение к мертвым по-техасски, продиктованное суровостью жизни? То, как нянькается Пит с полуразложившимся Мелькиадесом, — так трогательно, что даже миссионерская деятельность Веры Дрейк со своими испуганными беременными бабенками выглядит на этом фоне абсолютом холодности. И в этой нежности к мертвецу нет никакой неофитской бравады, такого, знаете ли, чисто спекулятивного стремления устроить эффектный чернушный аттракцион, типа — смотрите, как прикольно я глумлюсь над трупом.
Заручившись поддержкой студии Люка Бессона, Джонс взял в напарники, может быть, лучшего оператора 1980-х, британца Криса Менгеса и плохо обстрелянных актеров. Несмотря на то, что в Канне многие симпатизировали Биллу Мюррею в фильме «Сломанные цветы», жюри все же отдало приз за лучшую роль именно Джонсу. Но даже при таком раскладе язык не поворачивается сказать, что он как актер тянет на себя одеяло. Наоборот, то, что Томми Ли сделал с молодым Барри Пеппером, у которого, при наличии крайне своеобразного лица (белой крысы — как говорят о нем в фильме), до этого как то не случилось получить роль, которая бы стала его визиткой; но теперь за парня можно быть спокойным — у него уже не будет проблем с ангажементом. А играющая его подругу Дженьюери Джонс (не родственница) ну вроде бы ничего не делает, а вот не припомнить фильма, в котором бы так дико волновало полное равнодушие героини, позволяющей делать с собой любовь.
Третьего февраля, «всего лишь» через 9 месяцев после мировой премьеры, The Three Burials of Melquiades Estrada выходят на экраны США. Меж тем в России демо-копия фильма (предназначенная «исключительно для членов академии BAFTA», о чем битых два часа уведомляется поверх ленточного широкоформатного экрана) вот уже несколько месяцев тусуется на черном рынке под названием «Три могилы». Заверяю, что нет никакого смысла отодвигать удовольствие от просмотра этого нерядового кино до дня российского релиза, поскольку он может не состояться вообще, учитывая уже не раз демонстрируемую русскую нелюбовь к вестерну.
Малоv, 09.02.2006
Таню Буланову выписали из роддома с сынишкой
Малыша вынес на руках счастливый отец - футболист Влад Радимов
Вчера утром в вестибюле роддома на улице Тамбасова началось столпотворение: персонал, беременные, охранники, просто зеваки. Только и слышалось: Буланову выписывают! Оказалось, что звездные родители мало чем отличаются от обычных: папа ребенка, полузащитник «Зенита» Влад Радимов, оставил свой черный «Мерседес» у входа и под моросящим дождиком пошел быстрым шагом к зданию, где ждали его жена и крошка сын.
Еще недавно из этого же роддома выносили на руках детишек Женя Плющенко и Николай Валуев. Говорят, Татьяна попала сюда случайно: собиралась рожать поближе к дому, но роды начались на неделю раньше срока, вот и пришлось поехать сюда.
Мы периодически звонили Татьяне и ее родным, справлялись о самочувствии мамы и младенца. Певица отвечала кратко:
- Все в порядке. Сын растет и развивается как положено. Раз уже выписывают, значит, все в норме.
Действительно, Татьяна появилась красивая, нарядная, будто и не рожала. Сзади Влад Радимов с ребенком на руках пробивался сквозь толпу зевак.
- Как настроение? - спросили мы.
- Отличное, просто петь хочется! - улыбнулась певица.
- Хорошо выглядите! Дайте совет, что делать, чтобы так же выглядеть после родов?
- Сохранять хорошее настроение, есть поменьше жирного и мучного.
- Как все-таки назвали сынишку? Говорили, что Мишей или Никитой.
- Ой, нет, только не Мишей! И про Никиту пока точно не скажу. Мы еще будем думать.
- На кого он все-таки похож?
- Ну на кого похожи маленькие дети? На самих себя. Там еще ничего не понятно.
- Чем займетесь дома?
- Два дня буду отдыхать.
Татьяна первой нырнула в машину, Радимов передал ей ребенка. Когда автомобиль тронулся, присутствующие долго махали вслед, а некоторые даже перекрестили всю семью.
www.kp.ru
